Главная \ Материалы \ СМИ об играх \ Соединяя бренное и вечное // Сосновская Жизнь. № 33 (227)

Соединяя бренное и вечное // Сосновская Жизнь. № 33 (227)

Автор: Марина Поповцева

Совсем скоро в Атмановом Углу состоится очередной фольклорный праздник – «Атмановские кулачки». В этих местах были бережно сохранены старинные традиции русского кулачного боя, которые сегодня возрождаются энтузиастами. И вновь атмановские бойцы выходят на Парадку в Успеньев день, чтобы померяться силой и удалью. А полную картину происходящего невозможно представить себе, не зная, как выглядели, как одевались наши предки. Их костюмы стали темой для исследований руководителя Центра культурной антропологии ТГМПИ им. Рахманинова Людмилы Евтихиевой.

Атманов Угол – село лесное, которое в отличие от своих степных соседей, испокон веков придерживалось своеобразной традиции, уникальной не только в общероссийском, но и тамбовском этнокультурном пространстве. Здесь дольше, чем в других местах, сохранялся традиционный уклад жизни с его ремеслами, обычаями и привычками, благодаря чему мы сегодня имеем возможность прикоснуться к древним пластам истории национального костюма.

– Ткацкие станки и разнообразные приспособления для возделывания и обработки льна и конопли до сих пор хранятся у местных хозяек под рукой и в рабочем состоянии, – говорит Людмила Евтихиева. – А вот в соседних селах их давно побросали на чердаки и в удаленные уголки амбаров и сараюшек. Домовитые хозяюшки до сих пор бережно хранят в фундаментальных «укладках», то есть сундуках, старинную одежду, позволяющую представить себе яркие картины прошлого.

Вот как, например, обычно выглядел мужчина-атмановец: рубаха-косоворотка, подпоясанная кушаком, и портки из пестряди. Ворот-стоечка, как правило, украшала вышивка крестом, стебельком, где преобладали растительные мотивы. Если в старину рубаху шили из домотканого холста, то уже в конце позапрошлого века на смену ему приходит ткань серпинка и шелк.

– На праздник рубаха подпоясывалась чаще ремнем, реже – подпояской, плетеным из шерстяных крашеных нитей поясом, – продолжает Людмила Юрьевна. – Образ деревенского модника завершал картуз с козырьком, украшенный настоящим или бумажным цветком. Особое место в традиционном мужском костюме занимала специальная бойцовская рубаха, которую посчастливилось отыскать участникам экспедиционных исследований. Кстати, эти исследования проводились в рамках гранта Президента Российской Федерации для поддержки творческих проектов общенационального значения в области культуры и искусства «Комплексное изучение этнокультурной региональной традиции Тамбовской области» (фото 2). Бойцовская рубаха представляет собой тунику из «конопного» (из конопли) холста, под мышкой – вставки-ластовицы из квадратов, крашеных мареной – природным красителем. Выразительны декоративные швы, скрепляющие части изделия: над «живой ниткой» черным по белому надстраиваются пирамидки, образованные тремя стежками низа и одним стежком верха. 

Вообще говоря, случайных узоров и лишних украшений в традиционной одежде не было. Каждый орнамент имеет свое значение. Горловина рубахи и вертикальный разрез сбоку обшиты по периметру крашениной – крашеным домотканым полотном. Граница между белым краем горловины и крашениной украшена вышивкой черными нитями в технике «роспись». Мотив вышивки – так называемые «солярные знаки», символизирующие солнце.

– К сожалению, вышивка по крашенине, обрамляющей горловину, почти утрачена, но, очевидно, что орнаментальный мотив представлял собой чередование желтых и синих фигур по лицевой и изнаночной стороне, – рассказывает Людмила Евтихиева. – Заметны также отверстия, оставшиеся на прошве, что позволяет реконструировать очертания основного мотива, представляющего собой контуры песьей или волчьей головы.

Бойцовская рубаха надевалась на нижнюю. Атмановцы не подпоясывали ее кушаком, когда выходили на бой. Старожилы вспоминают, что на кулачки бойцы приходили в шапках-картузах, сапогах и поддевках (это разновидность длинной мужской верхней одежды). Поддевки для удобства перед боем скидывали. Известен и другой обычай – накануне кулачек боец обматывал запястье красной шерстяной нитью, укрепленной крестообразно завязками-узелками.

Принаряжались на праздник и женщины. Девицы носили сарафан-китайку, бумажную рубаху-«тушку» с пышным рукавом, украшенным кружевом или шитьем, занавеску. Замужние женщины носили домотканую красную юбку с вертикальными желтыми, зелеными, белыми полосами, с бейкой по подолу и шнурком на талии. Вместе с юбкой носили конопные рубахи с многочисленными украшениями – прошвами, ситцевыми вставками, декоративными пуговицами, лентами. Панева местному населению известна как женская одежда соседних с Атмановым Углом сел. 

Особое внимание уделяли модницы головным уборам.

– Разнообразны платки и шали, которые носили в этих местах, – говорит Людмила Юрьевна. – Самым дорогим платком считался «репесовый», из голубой, синей, фиолетовой парчи. «Дорогой», «заграничный», «жаркий» платок был шерстяным, его покупали на ярмарках в Моршанске и других городах. Местной традиции известны также платки со своеобразными названиями: «па чернай зямле», «па пяску», «па глини». (фото 14, 15). Выходной верхней одеждой служила плисовая корсетка со сборушками на отрезной баске.

Кстати говоря, свои таланты атмановские ткачихи посвящали не только изготовлению и украшению одежды. О том, как бережно здесь хранилась древняя традиция ручного ткачества и вышивки, говорят обрядовые полотенца и дорожки-половики.

– Уникальны погребальные полотенца, которые содержат мотивы: «ель», «гриб», «заяц», «шишка» и другие, – говорит Людмила Евтихиева. – Обязательным мотивом погребального полотенца является «боярское колесо», представляющее собой солярный знак. Отметим, что с подобными полотенцами исследователь нечасто встречается, так как ни за какие деньги носительницы традиции не соглашаются их продавать или дарить: «со мной пришло, со мной и уйдет». Чужим также могут не показать такое полотенце. В день прощания с покойным весь дом наряжают в белое: столешницы, полотенца, занавески, готовят белые дары (платки, полотенца, платочки). 

Кстати, символ «боярское колесо» в местной традиции носит особый статус. Об этом свидетельствует тот факт, что на Успеньев день, то есть в день кулачек, в Атмановом Углу жители собирали курагод – большой хоровод, который также называли «боярским колесом». Этот орнаментальный мотив был обязателен для погребального полотенца, а значит, был неразрывно связан со смертью. Однако он всегда соседствует символам «древа жизни» и «хризмы» (монограмма имени Христа).

– Соседство таких противоположных символов на бойцовской рубахе («солнце» и «волк»), как «боярское колесо» (мотив солнца) и «хризма» (мотив Христа – как мотив воскрешения и вечной жизни) – это живой след древнего славянского мировосприятия, где фольклорные и христианские мотивы тесно переплетаются, – подводит итог Людмила Евтихиева. – И особенно ярко это можно видеть на примере традиции Успеньева дня, славящего восхождение Богоматери ко Господу. Символичен факт, что особо чтимая в местном храме Донская икона, явившая чудо на Куликовом поле, в древнем своем списке на оборотной стороне имела изображение Успения, тем самым соединяя бренный мир с вечностью.